Углекислый газ нам не нужен, поэтому его надо утопить
![Углекислый газ нам не нужен, поэтому его надо утопить (углекислый, нужный, поэтому) Углекислый газ нам не нужен, поэтому его надо утопить](http://stonemoscow.ru/wp-content/uploads/uglekislyj-gaz-nam-ne-nuzhen-pojetomu-ego-nado_1.jpg)
Британские эксперты отрапортовали об успешном завершении шестилетнего опыта: пять миллионов тысячь киллограм двуокиси углерода вместо того, дабы быть выкинутыми в атмосферу, благополучно закачаны в громадный пузырь на дне Северного моря.
О том, какую роль сыграла двуокись углерода в глобальном трансформации климата, возможно, никому говорить не нужно: Сейчас это знают кроме того обучающиеся младших классов. Однако до тех пор пока никто не имеет возможности дать вразумительного ответа на вопрос: куда девать эту самую двуокись?
Само собой разумеется, определённая часть выбросов CO2 разлагается при помощи фотосинтеза, но человечество с его непомерной жаждой потребления уже перешло ту линии, за которой зелёные легкие планеты оказываются уже не в состоянии действенно очищать загаженную воздух.
А потому, что умерять собственные аппетиты обозримой перспективе мы не собираются, то вопрос об утилизации либо, хотя бы, методах долгосрочного хранения двуокиси углерода стоит ребром.
В действительности, неприятность складывается из двух частей: во-первых, страшный газ нужно как-то выделить из продуктов горения и, во-вторых, упаковать в герметичный контейнер и потом законсервировать до лучших времён.
И что делать с этим прикажете?
Первый этап — самый дорогой. Более того, в случае если с большими источниками загрязнения (наподобие угольных ТЭЦ) всё более-менее светло (существуют разработке, разрешающие связывать газ, посредством определённых веществ наподобие какое количество), то с «малыми» источниками (наподобие автомобильных двигателей домашних котельных и внутреннего сгорания) всё обстоит значительно сложнее.
А ведь на их долю приходится чуть ли не добрая половина всех выбросов CO2 в воздух.
Чтобы решить данный вопрос, нужно прибегнуть к вправду радикальному методу: по большому счету вынести двуокись углерода за скобки процесса получения тепловой энергии.
Соответствующая разработка уже существует. Это — так именуемое «паровое преобразование» горючего, в то время, когда углеводородное горючее подвергается действию пара и кислорода на предмет получения «синтетического газа», складывающегося из водорода и одноокиси углерода.
Полученная смесь разделяется без особенных неприятностей, водород сжигается, а одноокись углерода снова подвергается обработке паром в присутствии катализатора. Итог — опять-таки легко разделяемая смесь сейчас уже из двуокиси углерода и всё того же водорода.
Грубо говоря, уже на данный момент мы стоим у порога новой технологической эры — водородной энергетики. Но, эту увлекательную тему мы до тех пор пока покинем за скобками, по причине того, что не решённой остаётся неприятность номер два: куда девать взятую двуокись углерода.
Закачать CO2 в цистерны и оставить на каком-нибудь закинутом полигоне не окажется: утечка из для того чтобы «CO2-дохранилища» по своим масштабам может сравниться разве что со вторым Чернобылем либо Бхопалом.
Так, разработка консервации газа обязана обеспечить его сохранность в течение как минимум нескольких столетий.
Кое-кто предлагает решить проблему самым несложным методом. Совершенно верно кроме этого, как по окончании Второй мировой Балтика стала кладбищем боевых отравляющих веществ, оставшихся по окончании смерти Фашисткой германии, на данный момент нам предлагают перевоплотить целый Всемирный океан в такое же кладбище для двуокиси углерода.
По всей видимости, с этими же проблемами, потому, что далеко не факт, что воды океана смогут удержать в себе всю эту дрянь. А кроме того в случае если и смогут, то всё равняется существует громадный риск экологической трагедии для морской живности.
По крайней мере, попытка закачать шестьдесят тысячь киллограм двуокиси углерода у гавайского побережья позвала таковой шквал протестов, что экспериментаторам самим пришлось на время лечь на дно и не светиться в прессе.
А вот вторая мысль, наверное, была значительно более грамотной и с технической, и с экологической, и, что самое ответственное, с экономической точки зрения.
Идея пребывает в том, дабы закачивать газ в соляные «пузыри», расположенные глубоко под морским дном, где двуокись углерода будет либо полностью растворяться в весьма солёной воде, или реагировать с силикатами, образовывая бикарбонаты и карбонаты. Последние, теоретически, способны сохранять устойчивость миллионы лет.
Норвежская компания Statoil, занимающаяся разработками газового месторождения на шельфе Северного моря, начала экспериментировать с данной разработкой ещё во второй половине 90-ых годов XX века.
Конечно, что двигали капиталистами не столько страхи за судьбы человечества, сколько экологический налог, введённый норвежским правительством на основных загрязнителей воздуха.
С учётом того, что CO2 образовывает практически десятую часть добываемого Statoil «нечистого» метана, легко себе представить, какие конкретно убытки несла компания, возмещая норвежцам экологический ущерб.
Применяя отработанную разработку, инженеры компании поделили метан и CO2 и принялись закачивать ненужный газ обратно в море, а правильнее — в громадный плывун, другими словами в слой пористого песка и воды, расположенный на глубине восьмисот метров под морским дном.
За истекшие шесть лет компанией было законсервировано около пяти миллионов тысячь киллограм двуокиси углерода и, как показывают результаты сейсмической разведки, пока резервуар шириной 1,7 километра ведёт себя в полной мере нормально, не проявляя показателей утечки либо аномальной активности.
В общем, разработка довольно надёжной и рентабельной консервации двуокиси углерода, думается, отыскана. Осталось решить лишь две неприятности: удешевить процесс предварительно выделения CO2 из горючих веществ и вынудить государственных загрязнителей и частных внешней среды внедрить её на собственные предприятия.
Имеется подозрение, что именно вторая неприятность будет самым сложным этапом перехода к яркому экологическому будущему.